«Мы забыли, что законы написаны и пишутся для бедняков»: письма Г.П. Максимова и О.И. Максимовой к Эмме Гольдман

«Мы забыли, что законы написаны и пишутся для бедняков»: письма Г.П. Максимова и О.И. Максимовой к Эмме Гольдман

Авторы:

«Мы забыли, что законы написаны и пишутся для бедняков»: письма Г.П. Максимова и О.И. Максимовой к Эмме Гольдман

Share/репост
  • Публикация включает в себя два письма от Г.П. Максимова и О.И. Максимовой к Э. Гольдман. В них семья Максимовых решает вопрос о въездной визе в США. Письма дают представление о тесном сотрудничестве между анархистами-эмигрантами и ведущими политиками Канады, которые были готовы оказать помощь в решении указанной проблемы. Кроме того, Г.П. Максимов высказывает свое мнение о деле «Сакко и Ванцетти». (Апрель – Май 1927 г.)
  • Предисловие, подготовка текста и комментарии Н.И. Герасимова

Целый пласт истории социально-политической деятельности российских анархистов-эмигрантов практически не исследован. Единственным систематическим научным трудом по данной теме является диссертационная работа Александра Владленовича Шубина, которая была написана четверть века назад, –– в 1993 г. [Шубин 1993]. Текст этого исследования был переработан и изменен им для монографии по истории гражданской войны в России и Испании [Шубин 1998]. Сейчас к теме анархистской эмиграции А.В. Шубин обращается очень редко, лишь в тех случаях, когда речь заходит о неисследованных фрагментах биографии Н.И. Махно [Шубин 2014]. Другие отечественные историки –– В.В. Дамье, Д.И. Рублев, А.Ю. Федоров и Я.В. Леонтьев –– либо ограничиваются отдельными статьями и очерками на данную тему [Дамье 2011; Рублев 2012], либо «вплетают» исторические сюжеты из жизни анархистов-эмигрантов в общее «полотно» истории международного анархистского движения [Леонтьев, Быковский 2005; Федоров 2015]. Современная ситуация с публикацией первоисточников тоже не отвечает необходимым запросам отечественной исторической науки. Вплоть до 2005 г. переведенная с французского языка книга В.М. Волина «Неизвестная революция. 1917–1921» [Волин 2005] являлась единственным переизданным сочинением, снабженным подробным научным комментарием, которое имело прямое отношение к творческому наследию русских анархистов-эмигрантов.

Тем не менее с 2011 г. ситуация изменилась: внимание к работам эмигрировавших из России анархистов заметно выросло. В книжной серии «Размышляя об анархизме» выходят работы Э. Гольдман и А. Беркмана [Гольдман 2011; 2015; 2016; Беркман 2016]. Изменяется ситуация и с количеством исследований по истории анархистской эмиграции в целом: все чаще в научной печати можно увидеть статьи, в которых деятельность российских анархистов-эмигрантов представлена в качестве самостоятельного интеллектуального сюжета [Герасимов 2015; 2016a; 2017a; Дамье 2016; Рублев 2016]. На страницах «Ежегодника Дома русского зарубежья им. А. Солженицына» также стали появляться соответствующие научные публикации [Герасимов 2016б]. Усилился интерес к истории анархистской эмиграции и на научных мероприятиях: к примеру, одно из собраний научно-просветительского проекта «Отражения» в 2017 г. было посвящено обсуждению феномена анархистской эмиграции в творчестве русских философов в изгнании [Марченко 2017]. 19 мая 2017 г. в стенах Дома русского зарубежья им. А. Солженицына состоялось первое за всю историю современной России научное мероприятие, полностью посвященное изучению творческого наследия российских анархистов-эмигрантов [Герасимов 2017б].

Крайне малое количество опубликованных первоисточников создает у современного ученого ложное представление о социально-политической деятельности эмигрировавших в XX в. анархистов –– будто бы российское освободительное движение после триумфальной победы большевиков было настолько обескровлено, что находилось в состоянии абсолютной недееспособности, без возможности как-либо влиять на мировую политику. Систематическая и последовательная публикация эпистолярного наследия теоретиков анархизма позволяет воссоздать действительные исторические реалии –– поступательно от разрозненных фрагментов к целостной картине. В письмах отражается и интегрированность российского анархизма в международное леворадикальное политические движение, и его влияние на культурную жизнь XX столетия, и его связь с феминистской публицистикой 1920–1930 гг. Не стоит упускать из внимания и то, что история анархистской эмиграции является историческим сюжетом, дающим ключ к понимаю рабочей культуры российского зарубежья. Надеемся, что публикуемые письма внесут свой вклад в воссоздание целостной исторической картины. К сожалению, с учетом вышеуказанных обстоятельств, при составлении научного комментария возникли проблемы с идентификацией некоторых упомянутых в документе имен. Часть из них благополучно решена, а та, что вызывает вопросы, снабжена особыми пояснениями публикатора в форме предположений.

История жизни и творчества Григория Петровича Максимова (1875–1954), одного из влиятельнейших теоретиков анархизма первой половины XX в., исследована отечественной наукой очень слабо даже в сравнении с жизнью В.М. Волина1 и П.А. Аршинова2, биографии которых советские историки хоть и изучали исключительно в контексте «махновщины», но всё же изучали [Кубанин 1927; Герасименко 1990]. Биография же Г.П. Максимова на этом фоне выглядит «белым пятном» в истории русского анархизма в эмиграции. Вместе с тем это был человек, который после окончания Сельскохозяйственной академии в Петрограде весьма быстро стал одним из учредителей важнейших анархистских издательских и пропагандистских групп –– «Голос труда» и Союз анархо-синдикалистской пропаганды (далее –– САСП). В том же году он знакомится с О.И. Фрейдлин (1894–1973), своей будущей женой. В «вихре революции» они сближаются и не расстаются до самой смерти. Установить дату, когда их брак был узаконен, пока невозможно, но известно, что не позже 1921 г. В 1918 г. Г.П. Максимова избирают секретарем Исполнительного бюро Всероссийской конфедерации анархо-синдикалистов. В 1919 г. он сражается в рядах Красной армии, но очень скоро приговаривается к расстрелу за неподчинение приказу (речь шла о карательной операции против крестьян) [Гудель 1950]. С 1920 по 1921 г. Г.П. Максимов раскрывает свой талант журналиста и оратора: публикуется в анархистской печати и много выступает на собраниях революционных групп. В 1921 г. он был арестован Чека и помещен в Таганскую тюрьму, где организовал 11-дневную голодовку, в результате которой был выслан из России вместе с женой в составе целой группы «неугодных большевикам» анархистов [Максимов 1922].

Ольга Иосифовна Максимова (урожд. Фрейдлин) в подростковом возрасте принимает участие в революции 1905–1907 гг. Развозит анархистскую литературу по Петрограду, распространяет революционные листовки. В 1907 г. О.И. Максимова была арестована и приговорена к каторге. Ввиду ее «юного возраста» каторгу заменяют ссылкой в Сибирь. В Сибири3 она становится убежденным анархо-коммунистом. В Петроград возвращается в 1917 г. и знакомится с Г.П. Максимовым, который предлагает ей работу в книжном издательстве «Голос труда». Вплоть до 1921 г., не прекращая работу в издательстве, занимается установкой связей между анархистскими группами Харькова, Урала и Москвы.

Эмме Гольдман (1869–1940) посвящено множество статей и книг, в том числе графических новелл [Rudahl et al. 2007; Drinnon 1961; Porter 2006; Shulman 1998]. В 2000 г. канадский режиссер К. Ромэлис (Romalis) снимает документальный фильм «Эмма Гольдман. Гость-анархист» («Emma Goldman: The Anarchist Guest»). Российскому читателю имя знаменитой феминистки практически неизвестно. С творчеством Эммы Гольдман в России знакомы лишь специалисты по гендерной теории, историки анархизма и философы.

Эмма Гольдман (1869 — 1940)

Эмма Гольдман, или «Красная Эмма», как позднее называла ее американская пресса, родилась в ортодоксальной еврейской семье в Ковно (совр. Каунас, Литва). С самого детства она ощущала на себе сильнейшее давление патриархальной системы в лице отца, что позднее станет одной из причин ее увлечения анархистской, социалистической и феминистской литературой. Переехав с семьей в Санкт-Петербург, она работала на ткацкой фабрике и впервые столкнулась с деспотическим отношением к женщинам-рабочим. Когда ей исполнилось 17 лет, отец попытался насильно выдать Эмму замуж, она сбежала из дома и эмигрировала вместе со своей сестрой Еленой в Нью-Йорк. Там она работала на текстильной фабрике и стала устанавливать связи с местными рабочими и анархистскими группами. Одно из важнейших событий ее биографии –– знакомство в 1890 г. с А. Беркманом4. Их любовным отношениям, часто сложным и всегда «свободным», посвящено немало публикаций, в том числе целая книга [Avrich 2012]. Вместе с А. Беркманом Э. Гольдман решила совершить покушение на фабриканта Г.К. Фрика5. Покушение оказалось неудачным, но резонанс в американской прессе был велик. В 1906 г. она создала собственный крупный анархистский журнал «Мать земля» («Mother Earth»). Это положило начало ее публицистическому «расцвету» –– она стала много писать о проблемах брака, о правах женщин и сексуальном насилии, о дискриминационной политике американских властей и господствующей в обществе гомофобии. В 1919 г. Э. Гольдман, А. Беркман и ряд других анархистов были высланы на пароходе «Буфорд» из США в Россию из-за страха «красной угрозы»6. В РСФСР она с энтузиазмом встречает революцию, но очень скоро ей становятся очевидны принципы большевистской политики. В течение двух лет вместе с А. Беркманом Э. Гольдман путешествует по стране и собирает материал для исторического очерка о революционных событиях в России.

В 1921 г. чета Максимовых знакомится с Э. Гольдман и А. Беркманом в связи с организацией похорон П.А. Кропоткина. Пары быстро находят общий язык. Их общение перерастает в тесную дружбу. Во время голодовки в Таганской тюрьме Г.П. Максимова поддерживает не только жена, но и его новые «русско-американские» товарищи. В конце года все покидают страну совершенно разными способами. Максимовы высылаются, а Э. Гольдман и А. Беркман уезжают по «собственному желанию», не в силах оказывать какое-либо сопротивление большевистскому режиму. Э. Гольдман приезжает в Лондон, где ее встречают философ Б. Рассел (Russell) и литератор Г. Уэллс (Wells). Максимовы же в это время живут в Берлине и участвуют в издании журнала «Рабочий путь»7.

В 1925–1927 гг. происходит своеобразная «точка сборки» на эмигрантском пути Э. Гольдман и семьи Максимовых. Всегда осуждавшая брак Э. Гольдман понимает свое неустойчивое юридическое положение и высокую вероятность стать «никем» без гражданства –– в 1925 г. она выходит замуж за английского анархиста У. Колтона (Colton), чтобы получить подданство Великобритании. В том же году она приезжает во Францию, где встречается с недавно прибывшими в страну Максимовыми и А. Беркманом. Здесь они совместно участвуют в работе МАТ, в распространении информации о жестоких репрессиях против революционеров в будущей «стране победившего социализма». Спустя несколько месяцев Г.П. Максимова приглашают к себе чикагские анархисты для работы над журналом «Голос труженика». Он уезжает один, полагая, что жена приедет к нему в самом скором времени, когда он сможет решить проблемы с жильем и работой.

После Революции 1917 г. въезд в США для новых эмигрантов становился все сложнее и сложнее. В 1921 г. вступил в силу Закон о квотах, который строго регулировал ежегодное количество новых «переселенцев». В 1924 г. квоты были снижены в три раза. Несмотря на то что Г.П. Максимову по счастливой случайности всё же удалось въехать в страну, а квоты не распространялись на жен эмигрантов, О.И. Максимова приехать к своему мужу в том же году так и не смогла. Не смогла и в следующем году. Обстоятельства разделили супругов. Для многих революционеров Атлантика стала пропастью, преодолеть которую можно было лишь силой хитроумных юридических решений: въезд для анархистов и социалистов был строго запрещен. Э. Гольдман в конце 1926 г. уехала в Канаду, не надеясь уже никогда вернуться в США. В Торонто она начинает работу над своей знаменитой книгой «Проживая свою жизнь» («Living my life») [Goldman 1931] и готовится к лекционному турне по стране. О.И. Максимова остается в Париже. Ее одолевает депрессия. Она не находит сил связаться с В.М. Волиным, А. Беркманом и другими проживавшими в то время во Франции русскими анархистами-эмигрантами. Канада в конце 1920-х гг. была своеобразной «транзитной зоной» для анархистов, желавших «осесть» в США, –– это обстоятельство и позволило решить проблему въезда. Благодаря совместным усилиям рабочих организаций США и Канады, а также участию канадских политиков и лично Э. Гольдман О.И. Максимовой все же удалось встретиться с мужем в конце 1927 г. в Чикаго.

Приведенные ниже письма раскрывают подробности этого дела. «Планы» Г.П. Максимова и Э. Гольдман, решающие проблему въезда в США О.И. Максимовой, реконструированы благодаря соотнесению публикуемых ниже писем с корпусом архивных материалов в личном фонде Э. Гольдман. Публикуемые материалы раскрывают не только эмиграционную политику США 1920-х гг. –– политику защиты от «красной угрозы», но и активное участие ведущих канадских политиков в жизни русских анархистов-эмигрантов. Как видно из писем, в эпоху расцвета социал-демократического движения в Канаде лейбористы и социалисты, члены канадского Парламента, были готовы оказывать поддержку русским анархистам и их семьям, даже несмотря на очевидные идеологические противоречия. Этому можно найти объяснение: социал-демократическая партия ФКС в лице Дж. Ш. Вудсворта (Woodsworth) и А.А. Хипса (Heaps) прекрасно осознавала, что истинное освободительное «левое» движение в России –– это не большевики, а те, кто, выступая на стороне рабочего класса, сопротивлялся им.

По разным причинам многие анархисты-эмигранты находили свое будущее в Новом свете –– в США, Канаде, Мексике и Аргентине8. Несмотря на то что в Европе в 1920–1930 гг. сформировалась большая русско-еврейская колония, Г.П. Максимов и О.И. Максимова не стремились устанавливать контакты с русским интеллектуальным зарубежьем. Как и многих других анархистов, их интересовала рабочая культура –– профсоюзы, профессиональные ассоциации, «левая» рабочая периодика, а также издательские центры, основанные работниками промышленных предприятий. Источник стремительной глобальной индустриализации находился именно в Новом свете. Там, где развивалась промышленность (вместе с ней и профсоюзное движение), а идеи федерализма и демократии могли сопротивляться надвигающейся эпохе тоталитаризма, анархисты находили почву для революционной работы.

Представленные ниже письма анархиста Г.П. Максимова и его супруги О.И. Максимовой сохранились в Архиве Международного института социальной истории в Амстердаме, в отделе русских коллекций, в личном фонде Эммы Гольдман (1869–1940)9.

Текст публикуемых ниже писем написан от руки, без карандашных и чернильных помет. Орфография и пунктуация современная (но с сохранением специфических особенностей, отражающих индивидуальную авторскую манеру). Общеизвестные имена не комментируются. Восстановленные по смыслу отдельные слова раскрыты в угловых скобках.

10 апреля 1927 года, Чикаго

Дорогая и милая Эмма, Ваше письмо получил в четверг или пятницу, ответ на него отложил до сегодняшнего дня, так как я так физически устаю, что в середине недели не в состоянии ничего делать.

В этом письме вы найдете переписанное письмо Выдринойi и оригинал ее письма. Что касается письма Кайзерманаii, то если оно Вам нужно, то я пошлю Вам его в следующий раз.

Итак, дело с произволом Оли вперлось мне в 500 долларов залогаiii. Мне думается, если Heapsiv совместно с Woodsworth-омv не в состоянии побороть это препятствие, то менее всего на это имеет шанс Mr. <нрзб.>hen. Возможна, конечно, какая-нибудь случайность, но в общем-то я смотрю на дело безнадежно и считаю, что осталась одна возможность вытащить Олю из Парижа –– это мое возвращение в Канаду. Дело весьма неприятное, но неизбежное, по-видимому. Так как мое возвращение в Канаду раньше июля состояться не может, то до этого я расположен терпеливо ждать исхода дела, так блестяще начатого.

Неделю тому назад получил письмо от Оли. Она, бедняжка, ждет бумаг и откладывает свою поездку с марта на апрель, а теперь с апреля на май… Ну, что же… Ничего не поделаешь. Между прочим, она сообщает, что Ярчукиvi выехали в Россию.

Маркvii просил у некоторых из местных товарищей денег на дорогу, но они ему отказали не совсем, а на ближайшее время. Судя по всему, он этим обижен и весьма обескуражен. Совершенно напрасно, ибо, если он достанет визу, деньги ему достанутviii. Но он действует в этом деле как ребенок, а не взрослый человек. Я ему еще раз объясню положение вещей. Что касается моей идейной работы, то журналix еле-еле может выходить. Качество моих статей значительно понизилось, так как приходится писать в условиях чрезвычайной борьбы за кусок хлеба. Идейный круг сужается, а на лето журнал, надо думать, снова приостановитсяx.

Вы уже знаете, что Сакко и Ванцетти приговорены к казниxi, и убийство назначено на 10 июляxii. Классовое убийство… За последние два десятилетия американский суд носит слишком ярые классовые черты. Во имя интереса господствующего класса совершенно не считается ни со справедливостью, ни с общественным мнением…xiii Здесь буржуазия слишком жестока, потому что слишком дика и некультурна… Успешно ли прошел Ваш доклад о Китае?xiv На лето, во всяком случае, вы остаетесь в Канаде?

Сердечный дружеский привет. Жму Вашу руку. Максимов.

i Установить личность оказалось затруднительным. Возможно, имеется в виду Выдрина Анна Ильинична (1889–?), которая являлась членом РСДРП еще до 1917 г., а в 1921 г. была назначена работником Управления НКПС. Тем не менее отсутствие каких-либо фактов ее сотрудничества с анархистами, а также открытая конфронтация между анархистами и большевиками после 1921 г., говорит против указанного предположения.

ii Кайзерман Ханания Мэйер (Caiserman; 1884–1950) –– генеральный секретарь Канадского Еврейского Конгресса (1919–1950), идишист, один из лидеров рабочего движения Канады. Оказывал материальную поддержку для идиш-литераторов, таких как И. Рабинович (Rabinovitch) и Я.И. Сегал (Segal). Дом Х.М. Кайзермана и его супруги (Сары Виттал-Кайзерман) в Монреале в 1920–1930 гг. был излюбленным салоном для многих художников и писателей. В 1930-е гг. Х.М. Кайзерман боролся с антисемитским движением в Квебеке. В годы Второй мировой войны занимался делами беженцев. Дочь Кайзерманов Гитта вышла замуж за успешного художника и дизайнера Альфреда Пински (Pinsky).

iii Имеется в виду неудача с оформлением туристической визы в США с залогом в 500 долларов для О.И. Максимовой. (В 1925 г. с залогом в 500 долларов по туристической визе в США приехал В.В. Маяковский.)

iv Хипс Абрахам Альберт (Heaps; 1885–1954) –– канадский политик, один из ведущих активистов канадского рабочего движения. Родился в Англии, в Лидсе. В 1911 г. эмигрировал в Канаду, где работал расклейщиком обоев. В 1919 г. стал одним из лидеров всеобщей забастовки в Виннипеге. С 1917 по 1925 г. был членом Лейбористского совета при Городском совете Виннипега. В 1923 г. баллотировался как представитель рабочих в Канадскую палату общин в Виннипег-Норт, но проиграл и место в Палате не получил. Тем не менее в 1925 г. он получил депутатский мандат как единственный представитель лейбористов в Парламенте. В том же году стал сторонником идей канадского социал-демократа Дж. Ш. Вудсворта. Вместе с ним он поддержал либеральное правительство Уильяма Лиона Маккензи Кинга (King) в обмен на лоббирование закона о пенсии (впервые в истории Канады). После этого А.А. Хипс и Дж. Ш. Вудсворт образовали политическую группу «Имбирь» (неформальное объединение членов Парламента, сочувствующих идеям социализма). В 1932 г. А.А. Хипс и другие активисты группы «Имбирь» основали канадскую социал-демократическую партию ФКС (Федеративная Кооперация Содружества). В 1939 г. он оказал успешное «давление» на правительство с целью разрешить евреям, спасавшимся от нацистов, получить политическое убежище в Канаде. В 1940 г. проиграл парламентские выборы (его место занял либеральный политик Ч. Бутом (Booth). Умер А.А. Хипс в 1954 г. во время посещения своей семьи в Англии. Похоронен на кладбище города Лидса. В 1984 г. в печати вышла биография А.А. Хипса «В доме мятежник: жизнь и время» («The rebel in the house: the life and times»), написанная его сыном Л. Хипсом. В 2006 г. внук А.А. Хипса Э. Хипс был избран в Городской совет Торонто.

v Вудсворт Джеймс Шейвер (Woodsworth; 1874–1942) –– один из основателей социал-демократического движения Канады, политик и общественный деятель. Лидер первой канадской социал-демократической партии ФКС. В своих книгах «Незнакомцы возле наших ворот» («Strangers Within Our Gates», 1909) и «Мой сосед» («My Neighbour», 1911) отстаивал права рабочих эмигрантов, прибывших в Канаду. В 1913 г. становится секретарем Канадской лиги социального обеспечения. Путешествует по стране, выступает с лекциями и собирает материал для своих статей, посвященных условиям труда рабочих. В 1914 г. становится членом Британской лейбористской партии. Во время Первой мировой войны придерживается принципиальной антивоенной позиции. В 1919 г. во время своего лекционного турне по Канаде оказывается свидетелем всеобщей забастовки в Виннипеге. В том же году организовывает Независимую лейбористскую партию (НЛП). Знакомится с рабочим активистом А.А. Хипсом. В 1921 г. становится членом Парламента. В 1929 г. выступает на конференции Студенческого христианского движения Канады в качестве основного докладчика. В 1932 г. образовывает социал-демократическую партию ФКС, становится ее лидером. Публично осуждает Коммунистическую Партию Канады (КПК), члены которой поддерживали идеи октябрьской революции 1917 г. в России. Дж. Ш. Вудсворт сильнейшим образом повлиял на канадскую политику социального обеспечения. Высокий уровень медицинского страхования, который является неотъемлемой частью современного канадского общества, можно считать прямым результатом его деятельности. В честь Дж. Ш. Вудсворта назван колледж при Университете Торонто.

vi Ярчук Ефим Захарьевич (наст. имя и фам. Хаим Захарьев; 1882–1938) –– деятель анархистского движения, один из активных участников революций в России в 1905 и 1917 гг. В 1905 г. сотрудничает с анархо-коммунистической группой «Хлеб и воля». Принимает участие в «экспроприациях на нужды революции». С 1913 по 1917 г. находится в эмиграции. Меняет свои взгляды и становится сторонником идей анархо-синдикализма. В США работает над изданием газеты «Голос труда». Весной 1917 г. возвращается в Россию, в Петроград, где тут же входит в Петроградский совет и становится одним из влиятельнейших участников САСП. В Кронштадте в качестве делегата от Петроградского совета занимается революционной агитацией среди матросов и рабочих. Возглавляет местную группу анархистов. 3 июля 1917 г. становится одним из ораторов и вдохновителей восстания кронштадтских матросов против Временного правительства. В октябре 1917 г. вместе с кронштадтскими матросами принимает участие в штурме Зимнего дворца. В качестве делегата от Кронштадта на Втором Всероссийском съезде Советов пытается отстаивать идеалы анархизма. В годы Гражданской войны принимает участие в организации сопротивления А.И. Деникину. В 1917–1918 гг. работает над периодическими изданиями «Голос труда» и «Вольный голос труда». В это же время является одним из влиятельных участников Всероссийской конфедерации анархо-синдикалистов. Неоднократно арестовывается чекистами. В 1921 г. после смерти П.А. Кропоткина становится членом похоронной комиссии, которая отстаивала тот принцип, что созданное большевиками государство не должно принимать участие в похоронах великого революционера. Такая позиция анархистов была воспринята большевиками как открытый жест «контрреволюционности». За поддержку Кронштадтского восстания 1921 г. был заключен в Бутырскую тюрьму, а позже переведен в Таганскую тюрьму, где на тот момент уже находились другие арестованные члены похоронной комиссии. Вместе с Г.П. Максимовым, А. Гореликом, В.М. Волиным и другими анархистами принимает участие в 11-дневной голодовке. В январе 1922 г. высылается из России. Проживает в Германии и входит в состав редколлегий периодических изданий «Рабочий путь» и «Бюллетень русских анархистов». В Берлине участвует в организации Заграничного бюро Российской конфедерации анархистов-синдикалистов (1922–1924). В 1923 г. в Нью-Йорке выходит в свет книга Е.З. Ярчука «Кронштадт в русской революции». В 1925 г. возвращается в СССР. Публично «отрекается» от анархизма 15 июня 1927 г. на страницах газеты «Правда». Вступает в ВКП(б). В 1928 г. по поручению ОГПУ участвует в создании Инициативного Бюро по созыву ликвидационного съезда анархистов. В 1937 г. подвергается репрессии, а в 1938 г. приговаривается к расстрелу.

vii Мрачный Марк (идиш — מאַרק מראַטשני, наст. имя и фам. Яков Яковлевич Клаванский; 1892–1975) –– деятель анархистского движения, активный участник русской революции 1917 г., идишист, с 1934 г. доктор медицинский наук, психиатр. В годы Гражданской войны участвовал в разработке идеологии махновского движения, был активным членом Культпросветотдела Революционной повстанческой армии Украины, распространял анархо-коммунистические газеты «Вольный повстанец» и «Путь к свободе» (1919–1921). Член анархо-синдикалистской организации «Набат». В 1921 г. был арестован и помещен в Таганскую тюрьму, где принял участие в 11-дневной голодовке заключенных анархистов. В январе 1922 г. был выслан из России в Германию, где стал активным участником русской анархистской эмиграции. Вместе с Е.З. Ярчуком, Г.П. Максимовым и А. Шапиро редактировал журнал «Рабочий путь». В 1927 г. жил в Париже, позже приехал в Канаду в надежде получить въездную визу в США. В 1928 г. с успехом получил разрешение на въезд. В 1928–1934 гг. в Лос-Анжелесе и Детройте работал учителем в школах системы «Арбертер Ринг», в которых преподавание проходило на языке идиш. Публиковался в анархической идиш-печати, а в 1934–1940 гг. возглавлял старейшую газету на идиш «Свободный рабочий голос» (идиш פֿרייע אַרבעטער שטימע). Параллельно с работой в газете изучал медицину. В 1934 г. получил степень доктора медицинских наук в области психиатрии. Удачная врачебная практика и собственные научные изыскания позволили Марку Мрачному стать одной из ключевых фигур в истории психоанализа середины XX в. М. Мрачный косвенно повлиял на становление движения «новых левых» –– вместе с Эрихом Фромом начал разрабатывать психоаналитический подход к анализу феномена социальной отчужденности, страха свободы и др. Был избран членом американской Национальной психологической ассоциации психоанализа. Принимал участие в учреждении Центра современных психоаналитических исследований. Архив Марка Мрачного находится в Исследовательском центре исследования языка идиш в Нью-Йорке.

viii В 1927 г. Марк Мрачный жил в Париже. На основании письма Эммы Гольдман к Г.П. Максимову от 30 ноября 1927 г. (International Institute of Social History. Arch. 00520. Inv. nr. 121. P. 5731) можно установить, что он неоднократно посещал Канаду в надежде получить там въездную визу в США. Согласно последним исследованиям М. Гончарока, эмигрировать в США ему удалось только в 1928 г. (см.: [Гончарок 2017, с. 277]).

ix «Голос труженика» –– ежемесячный анархо-синдикалистский журнал, издававшийся в Чикаго в 1924 г. под редакцией В. Хомича, а с 1925 по 1927 г. –– под редакцией Г.П. Максимова. Является преемником одноименной еженедельной газеты русской секции «Индустриальных рабочих мира» в США, выходившей в свет под руководством К. Гордиенко (1918–1919) и Я. Санжур (1918–1924).

x Уже через месяц журнал «Голос труженика» прекратит свое существование (Голос труженика. 1927. № 26. Май).

xi Дело Николы Сакко (Sacco; 1891–1927) и Бартоломео Ванцетти (Vanzetti; 1888–1927) стало одним из самых «громких» судебных процессов в истории. Обвиняемых в убийстве двух охранников и кассира анархистов приговорили к смертной казни без соответствующей «сильной» доказательной базы. Приговор суда города Плимут настолько возмутил мировую общественность, что многотысячные акции протеста проходили в США, Канаде и всех европейских странах. СССР публично выступил против судебного приговора. Многочисленные ходатайства были отклонены судом. Правительства разных стран жестоко подавляли разгневанные толпы людей в Бостоне, Нью-Йорке и Берлине. Дело Н. Сакко и Б. Ванцетти считалось «сфабрикованным», а смертный приговор –– убийством за участие в рабочем правозащитном движении. Обвиняемые были казнены 23 августа 1927 г.

xii Н. Сакко и Б. Ванцетти были казнены 23 августа 1927 г.

xiii В среде «левой» русской эмиграции отношение к делу Сакко и Ванцетти было весьма разным. К примеру, известный литератор М.А. Осоргин в своем письме к анархо-феминистке М. Корн (урожд. М.И. Гольдсмит) пишет: «Мне же, как анархисту, должно быть совершенно безразлично, ошибся суд или судил по закону, виновны Сакко и Ванцетти или нет. Протестовать против “казни невинных”, употреблять это выражение, –– значит оправдывать суд» (ГАРФ. Ф. 5969. Оп. 2. Д. 19. Л. 1).

xiv Эмма Гольдман никогда профессионально не занималась историей Китая, но хорошо была знакома с китайским освободительным движением. В 1890 г. в Сан-Франциско Эмма Гольдман выступала перед толпами рабочих, среди которых было много эмигрантов из Китая. Речи Эммы Гольдман, раскрывающие проблему дискриминации по расовому признаку в свете современности, имели большой успех. Вскоре после состоявшихся выступлений она стала наряду с М.А. Бакуниным и П.А. Кропоткиным одним из самых почитаемых теоретиков анархизма среди китайских революционеров. К 1908 г. в анархистской организации трудящихся Индустриальные рабочие мира (Industrial Workers of the World) состояло больше двух тысяч китайских рабочих. Один из самых известных китайских теоретиков анархизма Ба Цзинь (кит. 巴金; 1904–2005) называл Эмму Гольдман своей «духовной матерью». Вплоть до самой своей смерти она поддерживала переписку с китайскими анархистами.

9 мая 1927, Париж

Дорогая Эмма!

Вчера получила пересланное Максимову Ваше письмо ко мне. Я давно уже себе объяснила молчание именно так, что писать <плохие> вести теперь очень тяжело. По Вашему молчанию я поняла, что дела с моей поездкой изменились к худшему. О том, как мне тяжело и как тяжело и болезненно я переживала и переживаю это разочарование, ведь я думала, что в мае я смогу беседовать с Вами, а не писать, мне Вам говорить незачем, ибо Вы его прекрасно себе представляете. Я смотрю на наше положение как на положение безвыходное –– и как нам из него выкарабкаться, я абсолютно не знаю. Мрачно и пусто в душе моей… Но оставлю это, мне хочется сегодня с Вами посоветоваться и попросить Вас, Эмма дорогая, несмотря на то что мы Вас достаточно утомили бедой своей, уделить нам еще немного времени.

Дело в следующем: план, который имеет Максимовi, сейчас меня не увлекает, а немного беспокоит.

Дело в том, что этот план он имел еще в прошлом году, и в прошлом году я смотрела на него тоже как на единственно верный, …но проклятый Симкинii со своими ложными обещаниямиiii стоял на нашем пути, ну а теперь –– теперь <план> меня <тревожит>. Мне не хочется выкинуть новой глупости, достаточно с нас двух. Первая глупость –– это то, что Максимов уехал один и что мы забыли, что законы написаны и пишутся для бедняков; и вот мы плохо учли свои силы, и Максимов забыл, что карман у нас пустой.

Вторая глупость –– что верили Симкину и так долго ждали от него вестей. Ведь согласитесь, что в прошлом годуiv в эмиграционном бюро не было ни одной бумажки обо мне –– а теперь благодаря хлопотам там <родилась> довольная большая папка бумаг, в этих бумагах сказано, что я вдова и обо мне хлопочут чужие люди; теперь надо подумать, как они отнесутся к тому, что я вовсе не вдова, что у меня есть муж. Спрашивается, почему это Максимов не хлопотал до сих пор? Зачем так Максимову понадобилась я? Вот Вам новое препятствие. Да при этом мы ставим Кайзермана, человека, так много для нас делавшего, в очень неловкое положение перед Дайсомv и другими, а ведь это уже черная неблагодарность.

Так вот, Эмма, раньше, чем Максимов двинется в путь, я бы Вас попросила рассказать Кайзерману, что, мол, эти люди уехали сейчас за неимением другого выхода, так получилось. Следует ли? Он как человек компетентный –– пусть он нам посоветует, чтобы мы не попались в большую ловушку, чем мы оказались сейчас. Пожалуйста, Эмма, я вас очень-очень прошу, <попробуйте> узнать, стоит ли это сделать –– поможет ли это нам? И я с нетерпением жду от Вас ответа.

Ваш план относительно прислуги налетит на такой же риф, на который мы и сейчас сели, т. е. я слышала, что за прислугу просят 200 долларов залогу и плюс, если я исчезну, то эти доллары пропадутvi.

Нет, знаете ли, положение наше чертовски скверное.

Я сегодня же пишу Грише, чтобы он не двинулся с места, пока не получит сведений от Вас.

Для меня нет разницы, где нам придется жить, в Канаде или Америке, ни та, ни другая страна меня не тянет. Меня тянет только Максимов, и где будет он, там хочу и я быть. Так что в этом отношении для меня разочарования не будет. В моей голове сейчас такое сравнение, оно грубое, и Вы мне его простите, обе эти страны так много крови из меня выпили, что когда меня спросят, где мне больше хочется жить, то мне хочется ответить, как та лошадь, у которой сани и телега спросили, кого из них она больше любит: «и ты сволочь, и ты сволочь».

Вы мало пишете в этом письме о себе. Как Ваши дела? Где Вы намерены там обосноваться, если остаетесь на год? По-прежнему <cобираетесь> разъезжать?

О себе мне нечего сказать. Почти все время я во власти скверного настроения. Не живу, а тяну лямку и чувствую страшную обиду за это. Мне досадно, что лучшие годы я не живу, а <проживаю>. Работаю на старом месте, но работа –– может быть, благодаря этой пустой жизни –– мне опротивела и действует на нервы. Работа мне по-прежнему дает скромный <кусок> хлеба и комнату.

Я надоела сама себе со своей вечной <тоской>, а потому мне часто кажется, что я надоела людям: никуда не хожу, сижу все время дома у себя –– одна… По характеру, темпераменту своему я не для одинокой жизни создана. Я люблю людей, люблю жизнь, люблю смех, люблю любовь и ласки. Все это тогда у меня было, если не все, то последнее в достаточной мере, и последним я была избалована, а теперь я немного замерзла…

Так что, дорогой друг, Вы не шибко принимайте к сердцу мои стоны, ибо я думаю, что хлюпой стала. С Вами откровенна, Эмма, а эту мою откровенность вызывают Ваши письма –– полные любви и дружбы. Я Вам очень благодарна, Эмма. На этом и кончу. Хочу думать, что Вы это мое письмо сами разберете –– прочитаете. Я старалась очень –– поскольку мои нервы это позволяли. Крепко целую Вас и жду Ваших писем. Ваша Оля.

i Г.П. Максимов полагал, что если въезд О.И. Максимовой в США окажется невозможен, то им следует встретиться в Канаде. Правительство Канады, в отличие от США, не предъявляло к въезжающим в страну эмигрантам строгих требований. Вместе с этим переход границы из США в Канаду не представлялся затруднительным. План Г.П. Максимова предполагал, что он оставит в США свою работу и уедет в Канаду ожидать ближайшего приезда супруги. Детального представления о том, как оформить въездную канадскую визу для Ольги Иосифовны, которая должна приплыть на корабле из Франции, Г.П. Максимов не имел.

ii Симкин Франк (1885–1983) –– публицист, издатель и идишист. Родился в Могилеве. В 1905 г. эмигрировал в Канаду. В 1911 г. в Виннипеге основал собственное издательство «The Israelite Press», которое ориентировалось на идиш-читателей. В том же году он стал руководителем одной из школ системы «Арбертер Ринг». Вскоре возглавил Народную школу им. И.Л. Перетца (The I.L. Peretz Folk School) в Виннипеге, которая была создана для детей эмигрантов, спасавшихся от еврейских погромов в Российской империи. С 1949 по 1960 г. занимал пост президента издательской компании «Universal Printers».

iii Ф. Симкин обещал добиться оформления американской визы для О.И. Максимовой.

iv В 1926 г. Э. Гольдман жила в Париже.

v Определить личность в ходе исследования не удалось.

vi План Э. Гольдман заключался в том, чтобы О.И. Максимова приехала в Канаду в роли «прислуги», которую ждут «работодатели». В порту Монреаля, согласно плану, ее должны были встретить анархо-феминистки Роза Бернштейн и Елена Шлатман. Они внесли бы за О.И. Максимову как за свою «прислугу» залог в 200 долларов –– так власти Канады поймут, что русская эмигрантка въезжает в страну, имея гарантированный источник дохода. Г.П. Максимов в таком случае не обязан был бросать свою работу в США и мог приехать в Канаду тогда, когда позволили бы обстоятельства.

Примечания к предисловию Н.И. Герасимова

1 Волин Всеволод Михайлович (наст. фам. Эйхенбаум; 1882–1945) –– российский анархо-коммунист. Брат советского литературоведа Бориса Эйхенбаума. В 1905–1907 гг. член партии социалистов-революционеров. Стал участником анархистского движения в 1911 г. Соратник Н.И. Махно в годы Гражданской войны в России. Переводчик. Историк русской революции. Был выслан из России в 1922 г. Активный деятель анархистской эмиграции в Париже. Один из главных критиков «платформизма» Н.И. Махно и П.А. Аршинова. После начала гражданской войны в Испании в 1936 г. благодаря Национальной конфедерации труда (далее –– НКТ) стал редактором франкоязычного журнала «Антифашистская Испания». В 1938 г. переехал из Парижа в Ним по приглашению писателя-анархиста Андре Прюдоммо (Prudhommeaux,), с которым стал издавать антифашистские листовки на французском языке. В 1940 г. переехал в Марсель и стал руководителем Интернациональной революционной синдикалистской федерации.

2 Аршинов Петр Андреевич (1887–1938) — анархист, один из влиятельнейших политических деятелей времен Гражданской войны в России. Один из ближайших соратников Н.И. Махно. Эмигрировал в 1921 г. во Францию. В эмиграции разрабатывал концепцию единой «платформы» –– всеобщей организации эмигрировавших из России анархистов. Основатель и редактор журнала «Дело труда». Вернулся в СССР в 1934 г. Расстрелян в 1938 г.

3 Точное место ссылки установить не удалось.

4 Беркман Александр (1870–1936) — анархо-синдикалист, эмигрировавший из Российской империи в США в 1888 г. Вплоть до событий «Советского ковчега» находился под влиянием идей Иоганна Моста (Most), утверждавшего необходимость применения методов индивидуального террора. После неудачного покушения на фабриканта Генри Клея Фрика в 1892 г. Александр Беркман был приговорен к 14 годам тюремного заключения. Выйдя на свободу, он стал сотрудником журнала «Mother Earth» под редакцией Эммы Гольдман. Во время Первой мировой войны был одним из участников антимилитаристской и пацифистской кампании, за что получил двухлетний тюремный срок. Вместе с Эммой Гольдман организовывал профсоюзные стачки и акции протеста против Джона Д. Рокфеллера. В 1919 г. был депортирован на «Советском ковчеге» в Россию, где стал влиятельным политическим деятелем. Лично встречался с В.И. Лениным, убеждавшим его в необходимости жестокой политики большевиков. Ощутив на себе масштаб большевистских репрессий, покинул Россию в 1921 г., эмигрировав в Германию. Тогда же стал членом Международной ассоциации трудящихся (далее –– МАТ). В 1925 г. переехал во Францию, где работал переводчиком.

5 Фрик Генри Клэй (Frick; 1849–1919) –– американский предприниматель и финансист. Владелец уголь добывающей компании «H.C. Frick & Company». Один из самых активных борцов против профсоюзного движения в США.

6 Так называемый «Советский ковчег» –– акция правительства США 21 декабря 1919 г. по высылке из страны бывших уроженцев Российской империи.

7 «Рабочий путь» –– ежемесячный анархо-синдикалистский эмигрантский журнал, издававшийся в Берлине в 1923 г. (март–август) под редакцией Г.П. Максимова, М. Мрачного и Е.З. Ярчука.

8 Впрочем, наступившее в 1930 г. «Бесславное десятилетие» (период диктатур в Аргентине с 1930 по 1946 г.) быстро завершило начавшуюся в стране деятельность русских анархистов-эмигрантов.

9 International Institute of Social History. Arch. 00520. Inv. nr. 121. P. 5971–5972, 5977–5982.

Источники и литература

ГА РФ –– Государственный архив Российской Федерации

Берман 2016 –– Беркман А. Азбука анархизма. М.: Ленанд, 2016. 200 с.

Волин 2005 –– Волин В.М. Неизвестная революция. 1917–1921. М.: НПЦ «Праксис», 2005. 400 c.

Герасименко –– Герасименко Н.В. Батько Махно. Мемуары белогвардейца. М.: Интеграф Сервис, 1990. 128 с.

Герасимов 2015 –– Герасимов Н.И. Русская анархистская эмиграция против фашизма: Г.П. Максимов и В.М. Волин // Российская эмиграция в борьбе с фашизмом: Международная научная конференция. Москва, 14–15 мая 2015 года / Дом русского зарубежья имени Александра Солженицына; сост. К.К. Семенов и М.Ю. Сорокина. М.: ДРЗ; Русский путь, 2015. C. 486–494.

Герасимов 2016a –– Герасимов Н.И. Нравственно-философские воззрения П.А. Кропоткина и антифашистская деятельность Г.П. Максимова // Этика П.А. Кропоткина и проблема соотношения нравственности и права: Сборник научных трудов по материалам Межрегиональной научной конференции 25–26 сентября 2015 г. М.: Изд. центр МГЮА, 2016. С. 147–152.

Герасимов 2016б –– Герасимов Н.И. Г.П. Максимов и история русской анархистской эмиграции // Ежегодник Дома русского зарубежья имени Александра Солженицына 2016. М.: Дом русского зарубежья им. А. Солженицына, 2016. C. 93–120.

Герасимов 2017a –– Герасимов Н.И. «Дело труда –– пробуждение» –– анархистский эмигрантский журнал // Издательское дело российского зарубежья (XIX–XX вв.): Сб. науч. тр. / отв. ред. П.А. Трибунский; Дом русского зарубежья им. А. Солженицына; Институт российской истории Российской академии наук. М.: Русский путь, 2017. С. 391–396.

Герасимов 2017б –– Герасимов Н.И. Круглый стол «История анархистской эмиграции». Москва, 19 мая 2017 г. // Ежегодник Дома русского зарубежья имени Александра Солженицына 2017. М.: Дом русского зарубежья им. А. Солженицына, 2017. С. 507–512.

Гольдман 2011 –– Гольдман Э. Анархизм. М.: Книжный дом «ЛИБРОКОМ», 2011. 112 с.

Гольдман 2015 –– Гольдман Э. Проживая свою жизнь. Ч. 1. М.: Радикальная теория и практика, 2015. 384 c.

Гольдман 2016 –– Гольдман Э. Проживая свою жизнь. Ч. 2. М.: Радикальная теория и практика, 2016. 396 с.

Гончарок 2017 –– Гончарок М. Пепел наших костров. Очерки истории еврейского анархистского движения (идиш-анархизм). М.: Common Place, 2017. 400 c.

Дамье 2011 –– Дамье В.В. Берлинский центр российской анархистской эмиграции (1920-е годы) // Прямухинские чтения 2009 года. М.: Футурис, 2011. С. 60–63.

Дамье 2016 –– Дамье В.В. Всеволод Волин: жизнь ради революции // Прямухинские чтения 2015. М.: Регтайм, 2016. С. 114–135.

Кубанин 1927 –– Кубанин М.И. Махновщина. Крестьянское движение в степной Украине в годы гражданской войны. Л.: Прибой, 1927. 228 с.

Леонтьев, Быковский 2006 –– Леонтьев Я., Быковский С. Из истории последних страниц анарходвижения в СССР: дело А. Барона и С. Рувинского (1934 г.) // Петр Алексеевич Кропоткин и проблемы моделирования историко-культурного развития цивилизации: Материалы междунар. науч. конф. / сост. П.И. Талеров. СПб., 2005. С. 157–171.

Марченко 2017 –– Марченко Т.В. Научно-просветительский проект «Отражения» // Ежегодник Дома русского зарубежья имени Александра Солженицына 2017. М.: Дом русского зарубежья им. А. Солженицына, 2017. С. 517.

Рублев 2012 –– Рублев Д.И. «Теория анархизма М.А. Бакунина… до сих пор представляется в ложном свете»: Письмо Г.П. Максимова к П.Б. Аксельроду. 1923 г. // Исторический архив. 2012. № 5. С. 197–201.

Рублев 2015 –– Рублев Д.И. Проблема соотношения свободы и нравственности: взгляд теоретиков анархистской эмиграции (1920–1940-е годы) // Этика П.А. Кропоткина и проблема соотношения нравственности и права: Сборник научных трудов по материалам Межрегиональной научной конференции 25–26 сентября 2015 г. М.: Изд. центр МГЮА, 2016. C. 150–156.

Федоров 2015 –– Федоров А.Ю. М.А. Бакунин и становление анархизма в Испании // Человек из трех столетий (Прямухинские чтения –– 2014: международная конференция, посвященная 200-летию со дня рождения М.А. Бакунина). М.: Футурис, 2015. С. 359–381.

Шубин 1993 –– Шубин А.В. Проблема социальной революции в идеологии российской анархистской эмиграции 20–30-х гг. (по материалам эмигрантской периодики): Автореф. дис. … канд. ист. наук. М., 1993. 17 с.

Шубин 1998 –– Шубин А.В. Анархистский социальный эксперимент. Украина и Испания. 1917–1939 гг. М.: ИВИ РАН, 1998. 232 с.

Шубин 2014 –– Шубин А.В. Махно и его время: О Великой революции и Гражданской войне 1917–1922 гг. в России и Украине. М.: URSS, 2014. 320 c.

Avrich 2012 –– Avrich P. Sasha and Emma: The Anarchist Odyssey of Alexander Berkman and Emma Goldman. Harvard University: Belknap Press, 2012. 528 p.

Drinon 1961 –– Drinnon R. Rebel in paradise: a biography of Emma Goldman. Chicago: University of Chicago Press, 1961. 349 p.

Goldman 1931 –– Goldman E. Living my life. N. Y.: Alfred A. Knopf Inc., 1931. 939 p.

Porter 2006 –– Porter D. Vision on Fire: Emma Goldman on the Spanish Revolution. Edinburg: AK Press. 2006. 367 p.

Rudahl et al. 2007 –– Rudahl S., Wexler A., Buhle P. A Dangerous Woman: The Graphic Biography of Emma Goldman. N. Y.: The New Press, 2007. 128 p.

Shulman 1998 –– Shulman A. Red Emma Speaks: An Emma Goldman Reader. N. Y.: Humanity Books, 1998. 478 p.

  • Оформление: кадр из фильма «Красные». 1981. США. Реж. Уоррен Битти

306 просмотров всего, 4 просмотров сегодня